Надежда Тальконы [СИ] - Евгения Витальевна Корешкова

Кто-то осторожно постучал в дверь. Надежда через плечо показала большим пальцем здоровой руки, пареньку все еще не отошедшему от шока:

— Пойди, проверь, кого еще несет? И не пускай никого.

Курсант вернулся почти сразу. В руках у него была аптечка, новый флакон пенки для рук и полотенце в стерильной упаковке. Надежда благодарно кивнула и спросила, успокаивающе улыбаясь:

— Как хоть тебя зовут?

— Курсант Граси. Кадав Граси, — немедленно отозвался парень, вздергиваясь по стойке «смирно».

— Вот что, Граси, нож у тебя есть?

— Не-ет.

— Жаль. — И протянула ему свою блузку, держа ее за воротник и манжет правого рукава, — тогда рви. Надо же мне в чем-то выйти. — Кадав прибавил глаза, но, подчиняясь, с треском оторвал окровавленный рукав.

— Вот. Молодец. А теперь — другой, для симметрии.

Кадав повторил рывок. И протянул изувеченную блузу Рэлле Тальконы.

Она с невозмутимым видом надела ее, ощипав мотающиеся нитки, и мельком покосившись на еще заметную полоску почти зажившего тонкого шрама.

Кадав уловил этот взгляд и с испугом спросил:

— Рэлла Тальконы, пожалуйста, скажите, что мне теперь будет?

— Как что? Пойдешь ко мне в телохранители, раз уж ты такой шустрый. Согласен?

Кадав попытался сползти на колени, но Надежда остановила его.

— Давай как-нибудь обойдемся без этой дворцовой чепухи. По-моему, нам уже пора идти и подбирать тебе напарника. Вот сейчас умоюсь и пойдем. Раскупорь мне полотенце.

— Но, Рэлла Тальконы, как же Ваша рука?

— Я не умру от уже зажившей царапины.

Директор Школы умоляюще сложил руки:

— Рэлла Тальконы, ради всего святого, может быть, Вы как-нибудь без оружия обойдетесь?

— Могу и без оружия. — И обратилась к первому из оставшихся в строю курсантов — Рукопашному бою обучен?

— Да, Рэлла Тальконы. — четко ответил парень.

Надежда улыбнулась и дважды поманила его сомкнутыми пальцами левой кисти.

Имитация боевой схватки, напоминающей танец, лишь с намеками на удары и захваты, без непосредственных касаний, была грациозно-красивой, но слишком короткой.

Но и этого Надежде хватило, чтоб понять, что она слишком устала. Вот они — результаты отсутствия регулярных тренировок. Да тут еще и самолечение, которое тоже потребовало большой затраты энергии. Сейчас бы сесть посидеть, а лучше выспаться. Но оставшиеся курсанты ждут, и она подала знак к началу следующего поединка. И снова справилась, хотя и не так скоро.

А вот третий соперник: красивый, широкоплечий, с жестко очерченной линией скул и родинкой на подбородке, оказался ей не по силам. Она не сразу, но спохватилась, обнаружив, что давно уже защищается в полную силу, и ей не до нападения, лишь бы сдержать оборону. Но и это не удалось. Кончики пальцев противника почти коснулись ее подбородка.

Парень, виновато улыбнувшись, пробормотал:

— Извините, Рэлла Тальконы, но Вы уже убиты.

Она, соглашаясь, кивнула, вполне понимая, что действительно была бы трупом, если бы в настоящей схватке пропустила такой удар.

В принципе, можно было бы уже все и заканчивать. Но она не могла обидеть последнего оставшегося курсанта, хотя, конечно, он понял бы. Наверное. Но, пересиливая усталость, она вызвала и его, с трудом, но закончив поединок в свою пользу.

Она поблагодарила всех и попросила сопровождающих подождать пока приведет себя в порядок. На сей раз она ушла в умывальню только в сопровождении Альгиды. И пятнадцать минут из двадцати ей потребовалось для саморелаксации. Причем, уже отключая внешнее сознание, Надежда поймала себя на мысли, что предпочла бы сейчас принять капсулу стимулятора, а еще лучше сделать инъекцию. Входящее в привычку навязчивое желание любым способом подхлестнуть уставший организм, но оказаться в форме как можно быстрее. Неизбежное наследие десантного прошлого.

Под блейзером блуза выглядела вполне благопристойно. И, прикрыв вуалью все лицо до глаз, Надежда сама себе скорчила мерзкую рожу в зеркале, вскидывая брови и предельно опуская вниз уголки губ. После чего она шумно вздохнула и спокойно вышла, чтобы продолжить знакомство со Школой.

Следующая аудитория в которую пригласили войти Надежду, судя по вывеске на двери — третий курс пилотской группы.

Когда все восемнадцать курсантов после довольно четкого приветствия заняли свои места, преподаватель, заметно волнуясь, доложил, что проводится опрос по теме «вывод корабля в гиперпространство» и позволил себе предположить, что тема сегодняшнего занятия, возможно, будет неинтересна из-за большого количества цифр.

— Но почему же? — возразила ему Надежда. Она оперлась ладонями о подоконник, почти сев на него, и приготовилась слушать.

Преподаватель поднял курсанта из-за второго стола, и тот начал отвечать на вступительный вопрос, пожалуй, даже чересчур бойко. И у Надежды невольно начали закрадываться подозрения:

— А нет ли тут инсценировки? Или, может быть, преподаватель, чтоб не ударить в грязь лицом, поднял наиболее старательного ученика…

Надежда чуть-чуть послушала парня и вежливо прервала:

— Благодарю Вас, достаточно.

И тут же повернулась к преподавателю:

— Следующий вопрос… — но ей было не совсем удобно чувствовать себя в роли инспектора.

Следующий вопрос был четко конкретным: «параметры вывода корабля». Преподаватель поднял курсанта из-за первого стола, но Надежда возразила:

— Извините, можно я сама… — и обвела глазами аудиторию. И от нее не ускользнуло, как один из курсантов, за последним столом у окна, быстро отвел взгляд. Его она и подняла… И не ошиблась. Парень замялся.

— Параметры выхода… параметры выхода…

— А дальше? Первая цифра ввода?

Кто-то шипел курсанту сбоку:

— 8…8…

— Ну…8… - повторил он, краснея.

— Ровно восемь?

Сосед по столу отчаянно мотал головой.

— … Восемь и восемь… — поправился курсант.

— Да?! — откровенно удивилась Надежда и обвела взглядом курсантов, осторожно настраиваясь на их мысли. И тут же четко уловила, как один из них про себя тихо молился:

— Только бы не меня. О, Защитница, только бы пронесло.

Именно его, со злорадной внутренней усмешечкой, Надежда и подняла. И, слушая, как тот мямлит что-то вовсе несуразное, чувствовала, как в ней закипает ярость. Она не смотрела на преподавателя, не видела, как его лицо пошло нервными красными пятнами, как он судорожно мнет в руках какие — то бумаги. Она уже вполне целенаправленно искала того, кто еще не в состоянии припомнить первую цифру параметров ввода. И подняла еще двоих. Правда, последний, с третьей попытки вывез положенное «8,72», но это уже не помогло. Надежда не выдержала:

— Вот теперь мне вполне ясно, почему с Тальконы не вербуют в Патруль Контроля! Какие из вас Патрульные, когда вы в азах управления путаетесь! Немудрено, что у вас даже Императорские корабли не могут нормально совершить посадку. Спасибо! Утешили и предупредили об уровне подготовки местных джанеров! В следующий раз, когда мне нужно будет куда-либо лететь, я лучше